Bookseer Чтение

Тому, кто ждёт решения

Сначала все говорили: главное, ты сделал всё, что мог. Потом начали говорить: ну, это же быстро решается, у знакомых заняло три недели. Теперь говорят про погоду.

Спрашивать перестали примерно тогда же. Не от равнодушия. Вопрос «ну что, есть новости» второй месяц подряд звучит как упрёк, и они слышат это первыми. Мать звонит и рассказывает про соседей. Друг зовёт в кино в среду, на комедию, специально на комедию.

И только вы знаете, что дело не в новостях. Дело в том, что вы больше не умеете занять собой день, в котором ничего не решается.

Волшебная гора

Томас Манн · 1924

Молодой человек приезжает в горный санаторий на три недели и остаётся на семь лет. Манн начал книгу в 1912-м, вскоре после того как сам провёл три недели в Давосе у лечившейся там жены, а закончил уже после войны, которая всё это время шла внизу. Отсюда странное свойство романа: время в нём не проходит, оно набухает. Последние годы Ганса Касторпа занимают меньше страниц, чем один февральский карнавальный вечер. Читается медленно. Это и нужно тому, кто каждое утро заново считает, сколько ещё осталось.

Софья Петровна

Лидия Чуковская · 1965

Ленинградская машинистка стоит в очередях, чтобы узнать хоть что-нибудь о сыне. Чуковская написала повесть зимой 1939-40 годов, в тетради, пока очереди ещё стояли; напечатали её через двадцать пять лет и за границей. Отсюда её отдельная сила: она написана не после, а внутри, без утешительного знания, чем всё кончится. Книга короткая и жёсткая. Ждущий человек узнаёт себя в ней быстрее, чем в любом сочувствии.

Ожидание

Ха Цзинь · 1999

Армейский врач в Китае восемнадцать лет ждёт развода, чтобы жениться на женщине, которую любит: по правилам ждать надо ровно столько, и он ждёт, аккуратно, год за годом. Ха Цзинь написал этот роман по-английски, в Америке, через четырнадцать лет после отъезда из Китая, и дистанция сделала книгу спокойной там, где другой кричал бы. Он не осуждает своего героя и не жалеет его. Он просто показывает, во что превращается человек, который слишком долго и слишком послушно жил в предбаннике собственной жизни: как выцветает желание и как ожидание из состояния становится характером. Сбывшееся в финале оказывается ещё одной комнатой того же дома. Читать это, пока ждёшь, неприятно. Затем и нужно, чтобы ожидание не успело стать вашей формой.

Ответьте на вопросы, и Оракул прочитает вас