Девяти лет хватает, чтобы служба задала форму дня, круг знакомых и ответ на вопрос, кто вы такой. В один понедельник всё это отменилось. Первым уходит не доход, а расписание: оказывается, оно держало гораздо больше, чем от него требовалось.
Неприятнее всего середина. Уход был событием, следующее место будет событием, а между ними длинный ровный отрезок, где вы уже не прежний и ещё не новый. Три книги ниже про этот отрезок. Ни одна не подсказывает, куда идти дальше.
Герман Мелвилл · 1853
Переписчик в конторе на Уолл-стрит на любую просьбу отвечает одно и то же: «Я предпочёл бы отказаться». Ни объяснения, ни скандала, ни ухода. Читается за вечер, а стоит посреди американской литературы полтора века и тихо напоминает, что контора вообще-то странное место, чтобы отдавать ей жизнь.
Кадзуо Исигуро · 1989
Дворецкий, отдавший себя должности целиком, рассказывает о ней сам и до последней страницы не понимает, чего она ему стоила. Читать это стоит не ради морали про вашу прошлую службу, а ради возможности разглядеть чужую преданность вблизи, пока своя ещё тёплая. С рассказчиком вы будете спорить, и спор тут и есть работа.
Александр Генис · 2013
Генис пишет о чтении как о занятии, у которого нет цели, кроме него самого. Нужна эта книга сейчас вот почему: за девять лет непрерывной полезности человек отвыкает иметь дело с тем, что не приносит результата, и возвращать эту привычку легче на чужом примере, чем на своём.